Хозе Рауль Капабланка.

Хосе Рауль Капабланка     Имя Капабланки окружено ореолом непобедимости и славы! Ни один из чемпионов мира не взбегал с такой легкостью и изяществом на шахматный Олимп. Никто, пожалуй, не был таким всеобщим шахматным кумиром, каким был Капабланка!

     И что же – этот шахматный «полубог» был повержен, продержавшись на Олимпе только шесть лет. И не потому, что он одряхлел или потерял силы. Капабланка оказался побежденным почти своим сверстником – Александром Алехиным.

     Мы, свидетели головокружительного взлета и неожиданно быстрого падения Капабланки, не раскрыли еще полностью причин этой трагедии шахматиста, ибо то, что пережил Капабланка от Нью-Йорка 1927 года до Буэнос-Айреса 1927 года, нельзя назвать иначе, чем трагедией.

     Капабланка родился в Гаване (на острове Куба) 19 ноября 1888 года. По свидетельству самого Капабланки, он познакомился с шахматной игрой в возрасте пяти лет и увлекся ею. Изучив правила шахматной игры в дошкольном возрасте, Капабланка приобщается к практике, пытается проникнуть в тайну шахмат, понять законы, действующие в этой игре, и в 12 лет уже достигает большой силы и почти мастерской зрелости. В 1900 году Капабланка выигрывает матч у Корсо – сильнейшего шахматиста Кубы.

     В то время Гаванский шахматный клуб был мировой ареной. В 1889 и 1892 годах здесь были проведены два матча на первенство мира между Стейницем и Чигориным. Воздух Гаваны был пропитан самыми современными шахматными идеями, и под их благотворным и непосредственным влиянием рос будущий чемпион мира.

     Капабланка не мог пройти и мимо философского спорта двух великих шахматных мудрецов – Стейница и Чигорина. На раннее творчество Капабланки в равной мере заметное влияние оказали и Стейниц и Чигорин. Но если Стейниц искал и открывал законы в шахматной стратегии, заложил основы научного подхода к шахматам, а Чигорин искал разгадку шахмат в комбинации и был величайшим шахматным романтиком, то Капабланка еще юношей поставил перед собой простую и ясную цель: найти самый короткий путь к победе. И он шел к цели не сворачивая, ни влево, ни вправо. Капабланка быстро нашел рациональное зерно в шахматном творчестве и довел свою технику до виртуозности.

     Какими же методами пользовался Капабланка?  Они просты и поучительны, как просто и поучительно все богатейшее творчество Капабланки. Свои методы Капабланка изложил в советах начинающим. Разбивая шахматную партию на три части – дебют, середину игры и конец партии, Капабланка пишет: «Вы должны стремиться стать одинаково искусными во всех трех частях».

     А в соответствии с таким делением вот главные принципы: в дебюте – принцип быстрого и энергичного развития; в середине партии – согласованное действие всех фигур; в конце партии – точная и строго учитывающая каждый темп игра.

     Капабланка умел осуществлять принципы, из которых он никогда не делал секрета, с поразительной логичностью и ясностью, что и составляло, собственно, главный секрет его силы.

     В 1904 году Капабланка едет в Нью-Йорк и поступает в Колумбийский университет. Он становится завсегдатаем Манхеттенского шахматного клуба и постепенно завоевывает всеобщее признание. В 1909 году в Нью-Йорке был организован его матч с Маршаллом, который считался не только сильнейшим шахматистом США, но входил тогда в число десяти лучших шахматистов мира.

     Результаты матча превзошли всякие ожидания. Капабланка выиграл 8 партий, проиграл только одну и 14 закончил вничью. В нью-йоркских шахматных кругах о Капабланке начинают говорить, как о будущем чемпионе мира. Весть о победе над Маршаллом облетела весь шахматный мир, и Капабланка был приглашен принять участие в международном турнире гроссмейстеров, который состоялся в Сан-Себастьяне в 1911 году.

     Турнир закончился победой Капабланки, потрясшей шахматный мир. Капабланка завоевал первый приз, опередив сильнейших гроссмейстеров того времени – Рубинштейна, Видмара, Маршалла, Бернштейна, Нимцовича и других.

     Для полного триумфа Капабланке недоставало лишь участие в турнире чемпиона мира Эммануила Ласкера. Но о матче Ласкер – Капабланка начинают говорить уже в полный голос, и не только друзья и поклонники таланта кубинца. Сам Капабланка делает первую, но неудавшуюся попытку вызвать чемпиона мира на матч.

     Времена личного произвола чемпионов, нанесших своими требованиями и условиями большой ущерб шахматному движению, отошли в прошлое. Мы с интересом следим за матчем на первенство мира между Ботвинником и Смысловым, правила которого утверждены Международной шахматной федерацией. Ботвинник в третий раз с 1948 года защищает свое высокое звание.

     Но не так давно каждый из чемпионов выдвигал требования, защищая свои личные интересы. Чемпионы были по-своему правы, но удовлетворить их условия не всегда было возможно для претендента.

     До 1911 года все улыбалось Капабланке. Но вот он встретился с главным препятствием – с организацией матча на первенство мира. Одним из условий матча Ласкер выдвинул следующее: считать претендента (т.е. Капабланку) победителем только в том случае, если он достигнет перевеса в матче на два очка. Капабланка возмутился и заявил, что Ласкер сознательно избегает состязания с ним, и хотя многие стали на сторону Капабланки, но переговоры (с перерывами, конечно) затянулись на десять лет. Матч Ласкер – Капабланка состоялся в Гаване в 1921 году.

Хосе Рауль Капабланка 

      Ласкер после удовлетворения его материальных требований согласился играть матч в трудных для него климатических условиях. Матч игрался на большинство из 24 партий. Но после 14 партий при счете +4 =10 -0 Ласкер сдал матч. В истории борьбы за первенство мира, пожалуй, это оказался самый неинтересный матч, неожиданно прерванный задолго до своего завершения. Однако все тогда казалось закономерным. 53-летний Эммануил Ласкер должен был уступить шахматную корону болемолодому сопернику.

     Итак, Капабланка стал чемпионом мира. Сбылись самые смелые мечты кубинца. И все-таки, несмотря на матчевую победу над Ласкером, еще долго продолжалась борьба этих двух титанов шахматной мысли.

     Интересно вспомнить результаты турниров, в которых встречались Капабланка и Ласкер. 1914 год. Петербург. Первый – Ласкер, второй – Капабланка. 1924 год. Нью-Йорк. Первый – Ласкер, второй – Капабланка (в обоих турнирах на третье место вышел Алехин). 1925 год. Москва. Второй – Ласкер, третий – Капабланка. 1935 год. Москва. Третий – Ласкер (без единого поражения, в возрасте 67 лет!), четвертый – Капабланка.

     Ласкер и Капабланка и после матча долго оставались непримиримыми соперниками. Будто выкованный из стали, нестареющий Ласкер не хотел уступать пальму первенства турнирного бойца Капабланке. И не Капабланка превзошел его, а время сломило феноменальную силу Эммануила Ласкера. Только в 1936 году, когда Ласкеру было уже 68 лет, Капабланке удалось превзойти его в турнирной борьбе. Это случилось в третьем международном турнире в Москве и затем в Ноттингемском международном турнире.

     Всем участникам второго международного турнира в Москве (1935 год) останутся навсегда памятными шахматные вечера в гостинице «Националь» в которой мы все тогда жили. После тура за ужином каждый по-своему переживал исход партии. Но вот появлялся шахматный столик, и за него садились Эммануил Ласкер и Хозе Рауль Капабланка. Начинался разбор партий сегодняшнего тура. Комментировали и иногда оживленно спорили только чемпионы. Даже лидеры турнира Ботвинник и Флор позволяли себе вставить реплику в редких случаях.

Хосе Рауль Капабланка

     Быстро пробегали дебюты (ни Ласкер, ни Капабланка не придавали им большого значения), споры начинались в середине партии при выборе планов, а если борьба переходила в эндшпиль, то оба аналитика, казалось, преображались. Хотя все чемпионы мира отлично играли окончания, однако Капабланка по праву считался виртуозом в эндшпиле, это была его стихия. Планы в середине партии Капабланка строил из расчета будущего эндшпиля и настолько увлекался этим, веря в свою непогрешимость в концах игры, что незаметно, из года в год, выхолащивал творческое содержание в середине партии. Это и послужило причиной трагедии, которую в 1927 году пережил Капабланка.

     В кругу шахматистов Капабланка был всегда оживлен, любезен, любил шутку и быстро ее схватывал. «Ничья, ничья, всегда ничья», - часто мы слышали эти слова (конечно, по-французски) и заразительный смех Капабланки в Москве. Тогда Капабланку считали ничейным королем, и он знал это, знал, что советские шахматисты не верят в ничейную смерть шахмат и любят посмеяться над этим.

     Капабланка достиг небывалого совершенства. Вот интересные высказывания современников о стиле и силе Капабланки.

      Рети: «Внимательное изучение партий Капабланки привело меня к конечному заключению, что вместо морфиевского принципа найвозможно быстрого развития фигур в дебюте игра его основана на другом принципе, именно – в каждом положении руководствоваться планом, соответствующим, насколько возможно, духу позиции. Каждый ход, даже развивающий новую фигуру, если только он не соответствует этому плану, есть потеря темпа».

     Эм.Ласкер: «Стиль Капабланки поражает своей логичностью. Он создан тяжелой работой собственных сил. Это – железная целесообразность… Средства, которыми Капабланка обычно пользуется, - чисто тактического характера: наступление фигурами в центре и медленно подготовительный размен пешек. Этим он достигает изменения позиции, которое затем энергично использует с помощью центрального положения своих фигур. Фантазия Капабланки обуздана им. Он ищет понимания».

     Тартаковер: «Капабланка довел математическую сторону шахмат до возможного предела; он неутомимо воплощает здравые принципы научной школы, разрешает сложность шахматных положений принципом упрощающей целесообразности… Непогрешимость в ведении игры! Строжайшая последовательность мысли! Спокойная фантастика точности!».

     Наступает 1927 год. В Нью-Йорке происходит исторический матч-турнир шести – Капабланка, Алехин, Нимцович, Видмар, Шпильман и Тартаковер. Каждый с каждым играет по четыре партии. Турнир заканчивается блестящей победой Капабланки. Он выигрывает 8 партий при 12 ничьих.

     Капабланка бесспорно сильнейший шахматист мира! Капабланка достиг наивысшего понимания в шахматной борьбе. Сейчас ему нет равных. Раскройте страницы шахматной прессы этого периода, и вы не услышите ни одного сомневающегося голоса.

     Через полгода в Буэнос-Айресе состоялся матч Капабланка – Алехин. Уже начало его – Алехин выигрывает первую партию – заставило всех насторожиться. После почти двухмесячной, поистине титанической борьбы Капабланка был побежден (-6 +3 =25). Так шахматный «полубог» сошел на землю…

     До конца своей жизни Капабланка не мог с этим смириться и прилагал не мало усилий добиться матч-реванша. Но он понимал, что без поддержки общественного мнения ему не удастся организовать новую встречу с Алехиным. А общественное мнение будет на его стороне, если он снова докажет свою силу. Необходимы успехи, большие успехи, о которых заговорил бы весь шахматный мир.

     И вот в 1936 году Капабланка берет первый приз в Москве на третьем международном турнире, опередив Ботвинника и Флора, и делит первое и второе места с Ботвинником в Ноттингеме – выше Эйве и Алехина. Капабланка энергично готовиться к тому, чтобы вернуть себе утерянное звание. Он достает необходимые средства для организации матча у своих аргентинских друзей. Но кто будет его противник – Эйве или Алехин?

     Мы встретились с Капабланкой как старые друзья. В Земмеринге мы жили в одном отеле, и я часто видел в холле за одним столом Капабланку и Эйве. Не трудно было догадаться, что Капабланка, на случай победы Эйве над Алехиным, хотел заручиться его согласием на матч с ним. Мне даже показалось, что был подписан какой-то документ Эйве, Капабланкой и Пиацини (аргентинский друг Капабланки). Так или иначе, но Капабланка мечтал о возврате чемпионского титула и торопился с этим. Ему шел 50-й год.

     Как-то вечером в Бадене Капабланка пригласил меня вместе поужинать – был день рождения его жены (вторая жена Капабланки Чагадаева – русская, из семьи, эмигрировавшей в Америку). Кроме хозяев и меня, на ужине присутствовал один американский дипломат – большой друг Капабланки (последний после окончания Колумбийского университета работал в министерстве иностранных дел Кубы и, часто выезжал в Европу, выполнял те или иные поручения своего министерства).

     Неожиданно американец затронул больную струну гостеприимного хозяина и спросил его мнение об исходе матча Эйве – Алехин. Капабланка был уверен в победе Алехина, если тот будет соблюдать спортивный режим.

     «А кто, кроме Эйве и Алехина, может претендовать на звание чемпиона мира?» - последовал новый вопрос.

     Капабланка ответил: «Ласкер, я и Ботвинник. У Ласкера моральное право, у меня моральное и формальное, а играть будет Ботвинник, потому что его поддерживает крупнейшая советская шахматная организация. Но Ботвинник молод, и он может подождать год-два. Я же должен сыграть возможно скорее».

     Я понял, что эти слова были обращены ко мне с тем, чтобы я передал это как просьбу к Ботвиннику.

     Капабланке, так же как и его предшественнику, Эммануилу Ласкеру, так и не удалось вернуть утерянное высокое звание чемпиона мира. Но шахматный мир всегда будет чтить память выдающегося шахматиста, виртуозного техника, на творчестве которого училось уже не одно поколение, и будут учиться многие поколения, удивляясь простоте и изяществу осуществленных им планов и железной логике гениального кубинца!

 

Гроссмейстер В. Рагозин.

Источник:  «Бюллетень Комитета по делам физкультуры и спорта при Совете Министров СССР»,  №6 за 30 марта 1957 года.

Реклама