Матч Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927г.)

Матч за шахматную корону: А. Алехин - Х. Р. Капабланка (Буэнос-Айрес, 1927г.)     Мечта стать чемпионом мира овладела Алехиным ещё в молодые годы. Уже в 1914 году, после успеха в Петербургском турнире гроссмейстеров (третье место после Ласкера и Капабланки), Алехин рисовал себе картину предстоящего матча с Капабланкой. Да, с Капабланкой, ибо он не сомневался в том, что шахматная корона будет вскоре отвоевана талантливым кубинцем у стареющего Ласкера.

     Поэтому, не успел ещё остыть жар драматического единоборства в Гаване в весенние дни 1921 года, новоявленный чемпион мира получил вызов от рвавшегося в бой двадцатидевятилетнего питомца русской шахматной школы Александра Алехина. Последний оказался нетерпеливым. Ни формально, ни по существу он не имел тогда ещё достаточных оснований встать в ряды претендентов на матч с чемпионом мира. Больше того, вызов Алехина надо рассматривать как спортивную ошибку. Ещё большую, однако, ошибку допустил Капабланка, под различными предлогами уклонившийся от борьбы. Именно в те годы он имел все шансы одержать, и, может быть, без особого труда, победу.

     В 1922 году на международном турнире в Лондоне произошла первая встреча двух будущих противников после памятных дней 1914 года. Победителем турнира, как все и ожидали, оказался Капабланка с 13 очками (при 16 участниках). Вторым был Алехин – 11 ½ . Оба они не проиграли ни одной партии. После турнира чемпион мира продиктовал претендентам свои условия матча на мировое первенство. Капабланка явно шёл по стопам Ласкера. Материальной стороне матча было уделено в этих условиях главное внимание. Из призового фонда в 10.000 долларов чемпион мира даже в случае проигрыша получал большую часть (5.200).

    В 1923 году Алехин повторил свой вызов, но Капабланка ответил, что он уже дал принципиальное согласие играть матч Рубинштейну. Чемпиону мира было тогда совершенно ясно, что слабеющий Рубинштейн не имел никаких шансов обеспечить призовой фонд матча. Затем Капабланка соблазнил Арона Нимцовича послать ему вызов, отлично понимая, что и этот матч не состоится. Осенью 1926 года Алехин уехал в Аргентину с целью создать финансовую базу для матча. Он с большим блеском провел аргентинские гастроли, выиграв все 23 партии в Буэнос-Айресе и других городах. Финансовая база была, наконец обеспечена, и Алехин вновь повторил свой вызов. Капабланка, однако, не спешил с ответом. Наконец, он неожиданно предложил Алехину приехать в Нью-Йорк для участия в шестерном матч-турнире, который, по мысли Капабланки и его организаторов, должен был выявить достойного претендента на матч. Хотя формально, по настоянию Алехина, комитет турнира вынужден был вычеркнуть этот пункт из регламента, но «моральная атмосфера вокруг турнира была такова, писал Алехин, что турнир рассматривался как экзамен для претендентов. Если бы я или Нимцович не заняли одного из первых двух мест, то практически это было равносильно отказу от матча с Капабланкой, если не навсегда, то на очень долгое время».

     Алехин, после некоторых колебаний, вынужден был согласиться на участие в турнире. Испытание прошло относительно благополучно. Не без труда, правда, но ему удалось завоевать второе место, после Капабланки. Морально Алехин все же не мог удовлетвориться результатом турнира. Капабланка, из двадцати партий не проиграл опять ни одной. В личных встречах с ним Алехин в первом круге, играя белыми, потерпел поражение; остальные три партии закончились вничью. Таким образом, плохой счет для Алехина его встреч с Капабланкой ещё ухудшились. Из 12 игранных ими между собой партий Капабланка 5 выиграл, и 7 закончилось вничью. При таком положении вещей Капабланка решился, наконец, принять вызов; он был уверен в победе, и эту уверенность продолжала поддерживать в нем шахматная пресса.

     Тартаковер, например, писал: «Какими сверхкачествами должен обладать современный шахматист, чтобы стать чемпионом мира? 1. Добровольное отречение от преобладания артистичности в пользу преобладания техники. 2. Введение какого-нибудь нового принципа в игру. У Капабланки – разложение общей стратегии на единичные ходы».

     Капабланка же выступил с заявлением о том, что шахматы близки к ничейной смерти и что секрет беспроигрышной игры скоро станет достоянием многих. Эта пропаганда умирания шахмат придала предстоящей борьбе большое принципиальное и историческое значение. В матче столкнулись два противоположных взгляда на шахматы. Один – ласкеро-капабланковский, как на изживающую себя игру, другой – Чигорина и Алехина, как на искусство, стоящее перед необозримыми возможностями развития. Такая острая постановка вопроса, естественно, вызвала огромное волнение и напряжение в шахматном мире. В то время как зарубежные авторитеты Шпильман, Мароци и др. высказывали мнение, что Алехин не выиграет ни одной партии, многие советские шахматисты считали победу Алехина необходимой для процветания шахматного искусства и неизбежной с точки зрения столкновения прогрессивной и реакционной линий в истории шахмат.

     Вспоминаю письмо группы соркомовских рабочих-шахматистов, полученное мною после 21-й партии матча, когда счет стал 4:2 в пользу Алехина. Они меня горько упрекали в том, что я в своих оценках хода борьбы высказывался слишком осторожно и объективно, что задача советских мастеров морально и во весь голос поддержать Алехина в его титанической борьбе, поддержать хотя бы по одному тому, что он является представителем русских шахмат и продолжает дело, созданное Чигориным.

Матч за звание чемпиона мира: А. Алехин - Х. Р. Капабланка (1927г.)

     Исторический матч начался 16 сентября 1927 года. Был ли Алехин уверен в своем успехе или уезжал в Буэнос-Айрес с сомнениями, не чувствуя должной психологической опоры, не зная, какой тактики лучше всего придерживаться против техника-виртуоза? Частичным ответом на этот вопрос может служить его случайный разговор с одним шахматистом в парижском кафе «Режанс». На заданный вопрос, с какими надеждами уезжает он на матч, Алехин ответил: «Для меня нет неясных черт в игре Капабланки, и с этой стороны я в совершенстве подготовился к борьбе. Все же я себе ещё не представляю, как я смогу выиграть у него шесть партий. Правда, - добавил он тут же, засмеявшись, - ещё менее я могу себе представить, как он выиграет у меня шесть партий…».

     Капабланка позднее (в 1935 г.) рассказывал автору этих строк, что он был ошеломлен грандиозной силой сопротивления, на которую он натолкнулся в этом матче, что характер этого сопротивления нарушил его общее и спортивное равновесие и привел к небывалому трагическому промаху в 27-й партии. После этого события ему стало ясно, что матч спасти невозможно, тем более, что физически он оказался недостаточно подготовленным к такой длительной борьбе.

     Матч начался «сенсацией». Как гром, прозвучало телеграфное сообщение из Буэнос-Айреса о выигрыше Алехиным черными первой партии. Когда же дошел до шахматных кругов мира текст партии, и выяснилось, что уже на 14-м ходу Капабланка получил в столь испытанном начале как французская защита, трудное положение, приведшее к потере пешки, всех охватило удивление. Большинство склонно было трактовать проигрыш Капабланки как несчастный случай:

1. e4 e6 2. d4 d5 3. Kc3 Cb4 4. ed (Капабланка уже стремится прояснить позицию, отказываясь от напряженной сложной борьбы, получающейся после любого другого ответа, например 4. e5, 4. Cd2 или 4. a3) 4…ed 5. Cd3 Kc6 6. Ke2 Kge7 7. 0-0 Cf5 8. C:f5 K:f5 9. Фd3 Фd7 10. Kd1 0-0 11. Ke3 K:e3 12. C:e3 Лfe8 13. Kf4 Cd6.

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

14. Лfe1 («Это шаблонное развитие ладьи, пишет Алехин, надо признать серьезной ошибкой». Играя 14. c3 Ke7 15. Лae1 Капабланка легко мог обеспечить себе ничью, как это обычно и бывает в разменном варианте французской защиты. 14. K:d5 C:h2+ было, скорее, выгодно черным) 14…Kb4 15. Фb3 Фf5 16. Лac1 (Следовало играть 16. Лес1, но положение черных в этом случае уже значительно лучше. Теперь они просто теряют пешку) 16…K:c2 17. Л:c2 Ф:f4! 18. g3 Фf5 19. Лce2 b6 20. Фb5 h5 21. h4 Лe4 22. Cd2 (Грозило 22…Л:h4) 22…Л:d4 и черные выиграли.

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

     Начиная со второй партии, противники применяли не только один дебют, но и один «ортодоксальный» вариант (исключением явилась третья партия). Это однообразие, несомненно, несколько снизило боевой характер борьбы и открыло возможности к проявлению ничейных тенденций. Вторая партия окончилась вничью на 19-м ходу. В третьей партии Капабланка одержал победу и притом сравнительно легкую. Уже в дебюте (новоиндийская защита) Алехин допустил две серьезные ошибки и, оказавшись в трудной позиции, не смог противостоять точной и ясной игре противника. Четвертая партия закончилась после спокойной игры ничьей. В пятой партии Капабланке удалось в дебюте добиться ясного преимущества, и в один момент Алехин находился под угрозой поражения. В ладейном эндшпиле Капабланка захватил ладьей седьмую горизонталь. Ясность мысли, однако, изменила ему. Он поспешил вызвать кризис, и Алехину удалось добиться ничьей. Шестая партия прошла под знаком нажима Алехина, но и она завершилась компромиссом.

     Большое волнение вызвала седьмая партия (Капабланка играл белыми).

1. d4 d5 2. c4 e6 3. Kf3 Kd7 4. Kc3 Kgf6 5. Cg5 c6 6. e3 Фa5 7. Kd2 Cb4 8. Фc2 0-0 9. Ch4 c5 10. Kb3 Фa4 11. C:f6 K:f6 12. dc.

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

12…Ke4 (Черные жертвуют пешку, причем Алехин обдумывал этот ход 1 ч. 10 м. Позднее он сам и другие комментаторы признали ошибочность хода. Следовало играть 12…C:c3+ 13. Ф:c3 Ke4 14. Фa5 Ф:a5 15. K:a5 K:c5 и черные имеют хорошие шансы на ничью) 13. cd C:c3+ 14. bc K:c5 15. Лd1 ed 16. Л:d5 K:b3 17. ab Фc6 18. Лd4 Лe8 19. Cd3!

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

     Отсюда и до конца Капабланка проводит партию в своем лучшем стиле. 19…Ф:g2 20. C:h7+ f8 21. Ce4 Фh3 22. Фd2 (Предупреждая маневр Cc8-d7-c6) 22…Ce6 23. c4 a5 24. Лg1 Ф:h2 25. Лh1 Фc7 26. Фb2 Фc5 27. Cd5 Лa6 28. Лe4 Лd6 29. Лh7 Крe7 (29…f6 теряет слона после 30. Лh8+) 30. Ф:g7 Крd8 31. C:e6 fe 32. Ф:b7 Фb4+ 33. Ф:b4 ab 34. c5 Лc6 35. Л:b4 Л:c5 36. Лa7!

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

     Черные сдались, и счет стал +2 -1 =4 в пользу чемпиона мира. Почитатели Капабланки объявили результат матча предрешенным. В прессе не было ни одного высказывания в защиту шансов Алехина. Тактика Капабланки казалась непреодолимой. Белыми он умно и тонко, но без риска стремился к позиционному давлению, черными он стойко защищался, довольствуясь ничьей. После седьмой партии эта тактика была особенно удобной. Ничьи не устраивали, в конце концов, Алехина, а рисковать, имея очком меньше, ему тоже было опасно. Следующие три партии закончились вничью.

     Одиннадцатая партия (Капабланка – белые) была, пожалуй, самой бурной, сложной и напряженной. Финальная часть протекала в борьбе тяжелых фигур при наличии у обеих сторон проходных пешек. Не вполне обеспечены были и позиции королей. После обоюдных ошибок эта острая партия пришла после 58-го хода белых к следующему интересному положению:

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

     Последовало: 58…Фf1+? (Это должно было привести к ничьей. После 58…Фh1+ 59. Лh2 Фf3 60. Фf4 Фd1 61. Фb4 Фd7+ черные выигрывали) 59. Крh2 Ф:f6 60. a5? (Ответная ошибка! Играя 60. Лc2 Лe8 61. Крg2, белые, угрожая как 62. Л:c3, так и 62. Лf2, добивались ничьей) 60…Лd8? (Затрудняет выигрыш. Быстро приводило к победе 60…Фf1 с угрозой 61…Лb8) 61. а6? (Необходимо было 61. Крg2) 61…Фf1 62. Фe4 (Или 62. а7 Лd2 63. Л:d2 Ф:c4 64. a8(Ф) cd 65. Фf3 Крg7 и т.д.) 62…Лd2 63. Л:d2 cd 64. a7 d1(Ф) 65. a8(Ф) Фg1+ и мат в два хода.

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

     Это поражение, сравнявшее счет, чрезвычайно повлияло на Капабланку. Следующую, двенадцатую партию он играл плохо. Небезошибочно играл её, впрочем, и Алехин. Наконец Капабланка допустил прямой комбинационный просчет, ладья его попала под смертельную связку, и на 41-м ходу он сдался.

     Лидером стал неожиданно Алехин при счете 3:2. Обдумав создавшееся, благоприятное теперь для него, спортивное положение матча, Алехин принял решение заставить Капабланку как можно дольше находиться под давлением невыгодного для него счета. Для этого достаточно было делать ничьи. Вооружившись терпением, Алехин взял курс на новую спортивную тактику, неразгаданную вначале чемпионом мира.

     13-я партия закончилась вничью на 27-м ходу, 14-я – на 25-м, 15-я – на 30-м, 16-я – на 24-м. Схватка произошла в 17-й партии, где Алехин позволил себе небольшой эксперимент в дебюте, а затем уступил противнику без достаточных оснований центральное поле d4. Однако и Капабланка сыграл недостаточно решительно. Хорошей дальнейшей защитой и эту трудную для него партию Алехин свел вничью. 18-я партия кончилась вничью на 28-м ходу, тот же результат был зафиксирован в 19-й партии на 21-м ходу. В 20-й партии Алехин мог убедиться, что его ничейная тактика приносит плоды. Играя черными, Капабланка неожиданно решился на рискованную жертву пешки. В создавшихся обострениях оба противника, находясь в сильном цейтноте, не использовали своих шансов, и после взаимных ошибок и эта партия закончилась ничьей. К этому времени Капабланка стал проявлять признаки неудовлетворенности и утомления, не ускользнувшие от внимания Алехина.

     В 21-й партии разразилась катастрофа. Капабланка был наказан за попытку осложнить борьбу и избежать размена ферзей. Произошло все это следующим образом:

1. d4 d5 2. c4 e6 3. Kc3 Kf6 4. Cg5 Kbd7 5. e3 Ce7 6. Kf3 0-0 7. Лc1 a6 8. a3 h6 9. Ch4 dc 10. C:c4 b5

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

      (Этот ход Алехин считает лучшим, чем 10…с5, как он играл ранее) 11. Ce2 Cb7 12. 0-0 c5 13. dc K:c5 14. Kd414…Лc8 15. b4 Kd7 16. Cg3 Kb6 17. Фb3 Kfd5 18. Cf3 Лc4 19. Ke4 Фc8 (Конечно, играя 14. Ф:d8 Лf:d8 15. Лfd1 белые не рисковали проиграть; но восемь рядовых ничьих сделали свое дело. Капабланка играет на выигрыш!)

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

20. Л:c4? (Серьезная ошибка. Необходимо было 20. Фb1 с угрозой Kd6 или Cd6. Если 20…Лd8, то 21. Kd2, вынуждая размены) 20…K:c4 21. Лc1 Фa8! 22. Kc3 (Грозило K:e3 или K:b4) 22…Лe8 23. K:d5 C:d5 24. C:d5 Ф:d5 25. a4 Cf6 26. Kf3 Cb2! 27. Лe1 Лd8 28. ab ab 29. h3 e5 30. Лb1 e4 31. Kd4 (На 31. Kе1 следует 31…Фd2 32. Фc2 Ф:c2 33. K:c2 Лd2 и т.д.) 31…C:d4 32. Лd1.

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

32…K:e3! и белые сдались, так как они, по крайней мере, теряют ещё качество. Счет стал 4:2, и над чемпионом мира теперь уже явно нависла угроза проигрыша матча.

     Результат 21-й партии вызвал заметное оживление в игре. Имея два очка лишних, Алехин решил перейти в наступление и попытаться форсировать борьбу. Это новое изменение тактики встретило радостный отклик у Капабланки. В 22-й партии Алехин красиво и дальновидно пожертвовал фигуру и должен был выиграть партию. После 11-й это была самая напряженная встреча. Все же малозаметная ошибка Алехина позволила Капабланке защититься. Эта и 23-я партия, протекавшая также под знаком нажима Алехина, закончилась вничью. В 24-й и 25-й партиях несколько рискованная игра Алехина встретила опровержение в остроумной контринициативе Капабланки. В последней из этих партий Алехин вынужден был упорно и долго защищаться. Все же и эти партии окончились ничейным результатом, а счет 4:2 продолжал угнетать чемпиона мира.

     Четыре напряженные боевые ничьи не прошли для Алехина даром. Он чувствовал сильное утомление, тем более, что наступило лето, и в Буэнос-Айресе стояла невыносимая жара. В 26-й партии Алехин усиленно стремится к ничьей, которой и достиг уже на 22-м ходу. 27-я партия, по словам Капабланки, оказалась для него роковой. Он хорошо использовал ошибки Алехина (черные), получил опасную атаку, провел её с большой энергией и добился позиции, в которой Алехину впору было сдаться:

Капабланка - Алехин (Буэнос-Айрес, 1927 г.)

     Последовало 36. Лg:g6! (Казалось, хорошо рассчитанный финальный удар. Конечно, можно было, имея лишнюю пешку и большое позиционное преимущество, играть и спокойно, например 36. b4) 36…Ф:c5+ 37. Крf1 Фc1+ 38. Крf2?? Непостижимая ошибка, самая грубая во всем матче. После 38. Крe2 Ф:b2+ 39. Крf3 Фb3+ 40. Крf2! Фb2+ 41. Крg1 черным пришлось бы капитулировать. Теперь же после 38…Фd2+ черные спасаются вечным шахом.

     Эта партии окончательно деморализовала Капабланку. После ничьей в 28-й партии ему, правда, благодаря грубой ошибке Алехина удалось выиграть 29-ю партию, но это была уже его лебединая песня. В 30-й и 31-й партиях Алехину ещё пришлось отбиваться, и он свел их вничью. В 32-й партии он, наконец, перешел в наступление. После обоюдных ошибок партия кончилась победой Алехина. 33-я партия на 18-м ходу была признана ничьей, а в 34-й партии атака Алехина завершилась ладейным окончанием, и на 82-м ходу Капабланка сдался.

     Счет матча оказался +6 -3 =25 в пользу Алехина.

     Победа Алехина была встречена шахматным миром благожелательно, если не сказать восторженно. Советские шахматисты рассматривали эту победу как победу искусства над рутиной, как победу прогрессивной шахматной мысли.

 Заслуженный мастер спорта П. Романовский.

Реклама