Страницы прошлого

Статьи и материалы из старых источников.

Александр Никитин

      Как-то, копаясь в библиотеке дяди, Саша отыскал книгу Эммануила Ласкера «Учебник шахматной игры». Ни фамилия автора, ни само название игры ни о чем не говорили мальчику, которому шел одиннадцатый год. Любопытство, с которым листал он необычную книгу, сменилось интересом. Латинские буквы и цифры, сразу не очень понятные, стали получать конкретное выражение на шахматной доске. Так пришла любовь к шахматам, так привела она Сашу Никитина в кружок Московского городского Дома пионеров.

     Меньше чем через три года – в 1949 году – перворазрядник Никитин, который начал тренироваться у мастера Г. Раввинского, был включен в состав юношеской сборной команды Москвы и участвовал во всесоюзных соревнованиях. Но был он не самым юным из участников – его противники Боря Спасский из Ленинграда и Миша Таль из Риги были еще моложе.

     В 1952 году, хорошо сыграв в четвертьфинале чемпионата страны, Никитин получил право поехать в Ригу, на полуфинальный турнир. Здесь он удачно стартовал и еще за два тура до конца выполнил норму, установленную для получения звания мастера спорта. Так 17-летним школьником Саша Никитин стал мастером.

     Окончив школу с золотой медалью (из-за этого пришлось на время даже шахматы оставить), Никитин поступил на радиотехнический факультет Московского энергетического института, и с этого времени становится постоянным участником, а позднее и капитаном сборной студенческой команды Советского Союза. В составе сборной Александр Никитин выступал на первенствах мира среди студентов в Осло, Лионе, Рейкьявике, Золотых песках и всюду получал призы за лучший результат на своей доске.

     Помимо Рижского полуфинала (о котором говорилось выше), Никитин еще дважды боролся за право выхода в финал. В 1957 году он долго лидировал в турнире и был очень близок к цели, но плохой финиш лишил его шансов продолжать борьбу в финале. Через год он снова играет в полуфинале, но на сей раз, против обыкновения, слабо берет старт, теряя четыре с половиной очка из восьми. К концу турнира Никитин разыгрывается, одерживает победы над гроссмейстерами И. Бондаревским и А. Толушем, набирает в семи последних турах 6,5 (!) очков и впервые выходит в финал.

     - С большинством участников проходящего в Тбилиси турнира, - рассказывает Никитин, - мне еще не приходилось никогда встречаться, и это, естественно, усложняет и так нелегкую задачу дебютанта. Выступлениями своими я пока не удовлетворен. В частности, очень часто оказываюсь в цейтноте, а он – плохой помощник в творчестве.

В день, когда игрался 11 тур, товарищи поздравили Александра Никитина с днём рождения – ему исполнилось 24 года.

 

Г. Шахов.

Источник:  «Бюллетень Центрального шахматного клуба Грузинской ССР», №12 от 31 января 1959 года.

     Нынешний чемпион мира гроссмейстер М. Ботвинник с большим успехом играл против корифеев шахматного искусства – Алехина, Капабланки и Ласкера. С А. Алехиным Ботвинник впервые встретился в Ноттингеме – партия закончилась вничью. Спустя два года, в амстердамском матч-турнире 8-ми сильнейших гроссмейстеров мира Ботвинник в блестящем стиле выиграл у Алехина одну партию, а другую свел вничью.

С Э. Ласкером Ботвинник встречался четырежды: одну партию он выиграл, а три закончил вничью.

     С Х. Капабланкой у Ботвинника ничейный счёт: +1-1=5. Победа над Капабланкой в амстердамском матч-турнире является одним из значительных творческих достижений советского гроссмейстера. В 3-ем московском международном турнире Ботвинник получил, совершенно выигрышную позицию с кубинцем, однако сыграл очень неуверенно и потерпел поражение.

     Долго не везло Ботвиннику с бывшим чемпионом мира голландцем М. Эйве. В довоенных турнирах он дважды проигрывал голландскому гроссмейстеру. Однако в 1948 году Ботвинник уверенно выиграл матч у Эйве (3,5 : 1,5) и сравнял счет. Общий счет между ними ничейный +2-2=8.

     Гораздо больше, чем с кем-либо, Ботвинник встречался с гроссмейстером В. Смысловым. Первые их встречи проходили под знаком значительного преимущества Ботвинника, однако с 1948 года стал добиваться успехов и Смыслов. После матча на первенство мира (1954 г.), который закончился вничью, счёт стал +14-10=22 в пользу Ботвинника. Даже после проигрыша им Смыслову матча (1957 г.) Ботвинник удержал минимальный перевес. Сейчас, когда между этими выдающимися гроссмейстерами сыграна уже 91 партия, счет +24-21=46 в пользу чемпиона мира.

     С трехкратным чемпионом СССР П. Кересом Ботвинник сыграл 18 партий. Для эстонского гроссмейстера Ботвинник долгое время был наиболее «неприятным» противником. Однако постепенно Керес также стал добиваться успехов во встречах с чемпионом мира. Он выиграл у Ботвинника три партии (любопытно отметить, что все эти встречи состоялись в последнем туре). Общий счет +7-3=8 в пользу чемпиона мира.

     Значительно успешнее играл с Ботвинником Д. Бронштейн. Он в одно время имел положительный баланс, который, естественно, удержал после матча на первенство мира (1951 г.), закончившегося вничью. Однако Ботвинник в дальнейшем выиграл две партии. Сейчас счет в пользу Ботвинника +7-6=6.

Из советских гроссмейстеров с Ботвинником наиболее успешно играет Е. Геллер. После четырех партий счет +3-1=0 в пользу одесского гроссмейстера.

     Почетного результата добились с Ботвинником также гроссмейстеры М. Тайманов и Т. Петросян. Тайманов 2 партии выиграл, 2 проиграл и 6 закончил вничью. Все три встречи Петросяна с Ботвинником закончились вничью. Только один раз встречался Ботвинник с молодым гроссмейстером Б. Спасским: партия закончилась вничью. С двукратным чемпионом СССР, гроссмейстером М. Талем Ботвинник ни разу не встречался.

     Четырнадцать раз встречался Ботвинник с пятикратным чемпионом США гроссмейстером С. Решевским и убедительно доказал своё превосходство. Он выиграл 5 партий, 2 проиграл и 7 закончил вничью. Всего три раза встречался он с многократным чемпионом Югославии гроссмейстером С. Глигоричем, выиграл одну встречу, а две закончил вничью. С венгерским гроссмейстером Л. Сабо у Ботвинника счет +2-0=3, гроссмейстером М. Найдорфом +2-1=1, шведским гроссмейстером Г. Штальбергом +4-0=1.

 

Г. Гамрекели.

Источник:  «Бюллетень Центрального шахматного клуба Грузинской ССР», №12 от 31 января 1959 года.

     С Михаилом Ивановичем Чигориным я встретился за шахматной доской только один раз – во Втором Всероссийском турнире. Встреча оказалась роковой для меня. В свое время получило известность финальное положение этой партии – явно ничейное, в котором я, однако, после недолгого раздумья нашел простой и легкий… проигрыш. Но речь не об этом. Мне хочется рассказать о том, кем был М. И. Чигорин для нас, его современников.

Чигорин     Имя Чигорина было широко известно по всей России. Когда появлялся где-нибудь молодой, многообещающий талант, говорили – «новый Чигорин». Когда в каком-нибудь городе один шахматист резко выделялся по силе среди других, местные любители шахмат говорили: «Это – наш Чигорин». Когда ребятишки садились играть в шахматы, взрослые говорили им: «Ну, вы, Чигорины!»

     За успехами М. И. Чигорина, особенно, когда он играл с иностранными шахматистами, следили, можно сказать, все русские люди, радуясь победам и огорчаясь неудачами. Широкая публика торжествовала по поводу побед Чигорина в «битве великанов» в Гэстингсском турнире, сожалела, что он недобрал пол-очка до первого приза, и утешалась тем, что победителем по существу вышел Михаил Иванович, «побивший» и первого призера Пильсбери, и Ласкера, и Тарраша.

     Мы внимательно следили за матчами Чигорина со Стейницем и досадовали, когда Чигорин грубым просмотром проиграл выигранную последнюю партию второго матча.

     Широкая публика видела в Чигорине человека, высоко державшего знамя русской шахматной культуры перед всем миром. А в наших глазах, глазах шахматистов, он был представителем русского по духу шахматного искусства.

     Родословная чигоринского искусства идет из тех народных глубин, из которых вышло искусство Пушкина, Глинки, Репина. Это – широта кругозора, не давшего связать себя догматикой и схоластикой, это – сила творческого воображения, это – глубина мысли, это – яркая форма выражения.

     Стейниц отстоял звание чемпиона мира в борьбе с Чигориным благодаря тому, что играл матчи в обстановке, гораздо более благоприятной для него, чем для Чигорина. И климат и обстановка были в Гаване более непривычными для Чигорина, чем для Стейница. Ведь и Ласкер, более тренированный, чем Чигорин, не выдержал климатических условий Гаваны в матче с Капабланкой.

     Что показал бы матч Ласкера с Чигориным – гадать мудрено. Можно только пожалеть, что московские меценаты в космополитическом рвении предпочли устроить в Москве матч между Стейницем и Ласкером, а не между Ласкером и Чигориным. Нам казалось, что Чигорин может сыграть матч с Ласкером в том стиле, в каком он выиграл у него гэстингсскую партию.

     В тяжелых условиях протекала и личная жизнь М. И. Чигорина и его шахматное творчество. Он был и шахматным чемпионом России, и шахматным энтузиастом, и шахматным литератором. Для издания журнала и поездок за границу на турниры нужны были деньги. Сам Чигорин был бедным тружеником, а выпрашивать деньги у богачей он не привык…

Наши мастера, выросшие в советских условиях, едва ли могут себе представить, как трудно было М. И. Чигорину бороться за развитие шахматного искусства в России.

 

С. Шаров.

Источник:  «Бюллетень Комитета по делам физкультуры и спорта при Совете Министров СССР»,  №6 за 15 декабря 1950 года.

Выпуск бюллетеня был посвящен 100-летию со дня рождения М. И. Чигорина.

Реклама