Андерсен - гений шахматной комбинации.

     Весною 1851 года в анг­лийской столице шли пос­ледние приготовления к от­крытию Всемирной выстав­ки. Одновременно должен был состояться шахматный турнир. Его инициаторами выступили лидер англий­ских мастеров Говард Стаунтон и Сент-Джорджский шахматный клуб. Это был первый в истории шахмат подлинно представительный турнир межнационального масштаба. Проводился он не по современной круговой системе, при которой все участники встречаются между собой, а по кубко­вой. 16 мастеров — англий­ских и зарубежных,— раз­битые жребием на пары, иг­рали небольшие матчи. Пос­ле первого этапа потерпев­шие поражение выбывали из дальнейшей борьбы — совсем как в состязаниях гладиаторов или в нынеш­них матчах претендентов.

Андерсен.     Результаты турнира ока­зались сенсационными: воп­реки прогнозам первый приз достался не Стаунтону, ко­торого большинство автори­тетов признавало сильней­шим в мире, а неизвестному за пределами своей страны 33-летнему учителю из Бреславля Адольфу Андерсену.

     Стаунтон пришел к фини­шу только четвертым. Он проиграл полуфинальное со­стязание Андерсену с результатом 1:4. Немецкий мастер выиграл также все другие матчи. Триумф в Лондоне сделал его первым шахматистом мира, неко­ронованным шахматным ко­ролем.

     Победитель первого меж­дународного турнира ро­дился в 1818 году в Брес- лавле (ныне Вроцлав) в бедной семье. В 9-летнем возрасте отец познакомил его с шахматами. Зани­маясь в классической Эли­забет-гимназии, мальчик го­раздо охотнее читал книги знаменитых мастеров — Филидора и Альгайера, чем Ци­церона и Демосфена. Он прятал диаграммы с инте­ресными позициями в тетра­дях и учебниках, на уроках играл с товарищами бесчис­ленные партии «по перепис­ке», но, несмотря на это, в 1836 году успешно окончил гимназию.

     Свободное расписание за­нятий в Бреславльском уни­верситете как нельзя лучше способствовало увлечению Андерсена. Его очаровали задачи Стаммы (автор вы­шедшей в 1737 и 1745 годах книги «Секреты шахматной игры...», состоящей из 100 композиций), и он решил попробовать свои силы в жанре шахматной поэзии. Результатом этой пробы был сборник «Задачи для шахматистов», изданный в 1842 году в Бреславле.

     Вот одна из композиций Андерсена.

Диаграмма 1.

Мат в 4 хода.

     Решается эта задача так:

1. Ch5! Кр:h5 2. Kpg7 h6 3. Kpf6 Kph4 4. Kpg6x.

     В те годы сильным прак­тическим игроком Андерсен еще не был. Встречаясь с известными немецкими ма­стерами Л. Бледовым и Т. Лаза, в разное время посе­щавшими Бреславль, он не имел успеха.

     В 1846 году Андерсен приехал в Берлин для полу­чения ученой степени. Здесь он познакомился с К. Майетом, Ж. Дюфренем и други­ми сильными шахматиста­ми. Через два года в Брес­лавле состоялся матч Ан­дерсена с его земляком Д. Гаррвицем. Уже тогда Гаррвиц считался перво­классным мастером — в Англии он сражался с са­мим Стаунтоном.

     Матч Андерсен — Гарр­виц, игравшийся на боль­шинство из 11 партий, за­вершился счетом +5 -5. Последнюю встречу решили не проводить, не желая ста­вить конечный результат в зависимость от одной пар­тии. (Напомним, что в рег­ламент нынешних матчей претендентов на мировое первенство включен пункт, согласно которому по исте­чении лимита партий побе­дитель при равном счете определяется... жребием.)

     Незаурядное комбинаци­онное дарование Андерсена привлекло к нему внимание берлинских шахматных кру­гов. Когда вопрос о турни­ре в Лондоне был оконча­тельно решен. Берлинское шахматное общество оста­новило свой выбор на двух кандидатурах: К. Майете и Андерсене.

     К предстоящему турниру Андерсен отнесся точно так, как относятся к соревнова­ниям на высшем уровне со­временные гроссмейстеры. Весной 1851 года он оста­вил преподавательскую ра­боту в Померании и пересе­лился в Берлин, чтобы все­цело посвятить себя подго­товке к состязанию.

     Игра Андерсена в Лондо­не вызвала восхищение. Не останавливаясь перед жертвами, немецкий мастер неу­держимо стремился к ата­ке. К большинству позиций середины игры Андерсен подходил, как к совершенно определенному заданию: он искал решающую комбина­цию. Конечный успех такой бескомпромиссной игры объяснялся поразительной остротой тактического зре­ния.

     Из всех партий, сыгран­ных Андерсеном не только в Лондоне, но и в течение всей его шахматной карье­ры, наибольший успех вы­пал на долю одной из лег­ких партий с Л. Кизерицким, состоявшихся в дни I Международного турнира. Опубликованная в англий­ском журнале «Чесс плей­ер», она очаровала шахмат­ный мир.

Андерсен – Кизерицкий

Диаграмма 2.

     Ход белых. Слон b5 ата­кован, однако Андерсен: сыграл 11. Лg1!

     Предлагая Кизерицкому взять слона, Андерсен, ра­зумеется, не мог заранее предусмотреть последую­щей жертвы двух ладей. Он видел лишь, что значи­тельно опережает противни­ка в развитии и в связи со слабостью поля d5 может рассчитывать на выгодную комбинационную ситуацию

11...сb 12. h4 Фg6 13. h5 Фg5 14. Фf3 Kg8 (угрожало 15. С:f4 с выигрышем ферзя) 15. C:f4 Фf6 16. КсЗ Сс5 (на естественное 16...Сb7 Могло последовать 17. Фg3!) 17. Kd5 (очень сильно так­же 17. d4, но это для Ан­дерсена «слишком просто»).

17...Ф:b2.

     Мужество отчаяния. Од­нако теперь обе белые ладьи атакованы и для про­должения атаки необходи­мы сильные средства.

18. Cd6.

     «Тихий» ход, предлагаю­щий черным на выбор лю­бую из ладей. Отметим, что в распоряжении Андерсена было и другое, гораздо ме­нее обязывающее продол­жение атаки,— 18. Се3! В случае 18...Ф:а1+ 19. Kpg2 черным приходится играть 19...Ф:g1+ (на 19...Фb2 следует 20. С:с5 Ф:с2+ 21. Kph3 Ф:с5 22. Лс1, и белые выигрывают). После 20. C:g1 черные беззащит­ны от многочисленных уг­роз. Например, к мату ве­дет 20...C:g1 21. Кd6+ Kpd8 22. К:f7+ Кре8 23. Kd6+ и 24. Фf8X- Читатель может легко убедиться, что и другие продолжения не спасают черных.

18...С:g1.

     После этого комбинация Андерсена форсированно приводит к победе. Как указал впоследствии Виль­гельм Стейниц, 18...Ф:a1+ 19. Кре2 Фb2! оставляло Кизерицкому надежду на спасение.

 Диаграмма 3.

19. е5!!

     Снова «тихий» ход. Имея ладьей и легкой фигурой меньше, Андерсен позволяет противнику взять с шахом вторую ладью!

19...Ф:a1+ 20. Кре2.

     Как предотвратить мат? Поскольку в первую оче­редь грозит 21. К:g7 + Крd8 22. Сс7 X, Кизерицкий решил защитить поле с7.

20...Ка6 21. K:g7+ Kpd8 22. Фf6+! (заключи­тельная жертва; конь отвле­кается от защиты поля е7)

22...К:f6 23. Се7Х.

     В финальной позиции у белых не хватает ферзя, двух ладей и слона! Авст­рийский мастер Э. Фалькбеер, опубликовавший в 1855 году в венском шахматном журнале анализ этой пар­тии, назвал ее бессмертной. Эта характеристика сохра­нилась и по сей день.

     В 1879 году В. Стейниц высказал мнение, что ходом 20...Са6 (вместо 20...Ка6) Кизерицкий мог спасти пар­тию. В доказательство он привел такой вариант: 21. Kc7+ Kpd8 22. Ф:а8 ФсЗ! 23. Ф:b8+ Сс8 24. Kd5 Ф:с2+ 25. Kpe1 Фс1+ с ни­чьей вечным шахом.

     Некоторое время спустя М. И. Чигорин нашел, что после 20...Са6 21. Кс7+ Kpd8 брать ладью белым не обязательно. Продолжая 22. К:а6 (вместо 22. Ф:а8), они добиваются по­беды.

     Однако вся эта полемика стала возможной потому, что оба великих шахматиста не были знакомы с анали­зом Фалькбеера, который указал следующий вариант: 22. К:а6 ФсЗ 23. Сс7+ Ф:с7 (иначе мат) 24. К:с7 Кр:с7 25. Ф:а8. Угрожает 26. Kd6 и 27. Фb7+. Поло­жение черных безнадежно.

     Кроме 22...Фс3, Чигорин разобрал также сильнейший ответ 22...Сb6, не рас­сматривавшийся Фалькбеером. После 23. Ф:а8 Фс3 24. Ф:b8+ Фс8 25. Ф:с8+ Кр:с8 26. Cf8! игра сво­дится к эндшпилю с лиш­ней пешкой у белых.

     Словом, интуиция не об­манула Андерсена. Его ред­кий по красоте ход 15. е5!! вёл к преимуществу белых во всех вариантах!

     По возвращении из Лон­дона соотечественники уст­роили Андерсену торжест­венную встречу. Местные шахматные клубы считали за честь носить его имя. Когда стихла суета офици­альных торжеств, победи­тель Лондонского турнира вернулся в Бреславль и приступил к своей повсе­дневной работе—преподава­нию немецкого языка и ма­тематики в старших клас­сах гимназии. Через четыре года ему было присвоено звание профессора. Великий волшебник так и не стал шахматным профессиона­лом. До конца дней он ос­тался преподавателем гим­назии в родном городе.

     Огромное впечатление произвела на современни­ков партия, сыгранная Ан­дерсеном в 1852 году в Бер­лине.

Андерсен – Дюфрень

Диаграмма 4.

     Добившись подавляюще­го позиционного превосход­ства, Андерсен ходом 17. Kf6+ пустился в бурное комбинационное плавание. Предпринятая им жертва предельно обостряет борьбу. Между тем у черного фер­зя не было удобных полей для отступления. Прозаиче­ское 17. Kg3 Фh6 18. Cc1 ставило черных в безвыход­ное положение. Например, 18...Фе6 19. Сс4 Kd5 (19...Фg6 20. Kh4) 20. Kg5 К:с3 21. Фb3 или 20... Фg4 21. Ле4. Впрочем, тогда не было бы очаровавшей шахматный мир партии!

17... gf 18. ef Лg8 19. Лad1 (вступление к замеча­тельной комбинации) 19...Ф:f3.

     На этот напрашивающий­ся ход Андерсен заготовил эффектный финал.

Диаграмма 5.

20. Л:е7+! К:е7 21. Ф:d7+!! Kp:d7 22. Cf5++ Кре8 23. Cd7+ и мат сле­дующим ходом.

     Стейниц назвал эту пар­тию «неувядаемой в лавро­вом венке знаменитых не­мецких мастеров». Заклю­чительную комбинацию Чи­горин оценил как «одну из самых блестящих комбина­ций, какие когда-либо встре­чались в практических пар­тиях знаменитых игроков».

     Долгое время комбинация Андерсена считалась безу­пречной, пока в 1898 году немецкий мастер П. Липке не опубликовал анализ по­зиции после хода 19. Лad1. Разбирая различные ответы черных, он пришел к выво­ду, что Дюфреню следовало играть 19...Лg4 — этот ход опровергал замысел Андер­сена. Через четверть века на ту же возможность ука­зал в своем учебнике Эм. Ласкер.

     Теперь случившаяся в партии комбинация не про­ходит, так как черный ко­роль скрывается на g8. Подробно разобрав четыре продолжения: 20. Се4, 20. Ле4, 20. Сс4 и 20. с4, Лип­ке пришел к выводу, что в лучшем случае Андерсен мог рассчитывать на ничью.

     Однако анализ Липке ока­зался небезупречным. Не вдаваясь в подробности, ос­тановимся лишь на одном из главных его вариантов — 20. с4 Лf4, от которого за­висит конечный вывод. По мнению Липке, у белых нет иной возможности про­должать атаку, кроме 21. Фb5. Однако вместо хода ферзем в их распоряжении находится эффектный вы­пад 21. Cg6!!

Диаграмма 6.

     На 21...Ф:g6 белые за­вершают атаку путем 22. Л:e7+Kpf8 23. Ле:d7+ Кре8 24. Ле7 + Крf8 25. Л:с7 + Kpg8 26. Л:b7.

     Выходит, Андерсен был прав!

     Следующий аналитиче­ский удар знаменитой ком­бинации пытался нанести Эм. Ласкер. «Необходимо­сти в ходе 19. Лad1 не было,— писал он,— ибо белые выигрывали посредством 19. Се4». Вот один из вариан­тов Ласкера: 19...ФhЗ 20. g3 Л:g3+ 21. hg Ф:g3+ 22. Kph1 C:f2 23. Ле2, и белые выигрывают.

Диаграмма 7.

     Однако и Ласкер ошибся. Неожиданным контруда­ром 23...Kd4!! черные доби­ваются победы (24. Л:f2 К:f3 25. Л:f3 Фh4+; 24. Ф:а7 Фh3+ 25. Kh2 К:е2 26. Ф: b8+ Кс8, и белые по­лучают мат).

     Итак, ход 19. Лad1 был сильнейшим продолжением атаки. Комбинация Андерсе­на оказалась поистине не­увядаемой!

     В историю шахмат Андер­сен вошел как лидер ком­бинационной школы, вели­кий шахматный романтик.

     С каждым годом все больше времени отделяет нас от той далекой эпохи. Фактов, относящихся к «не­шахматной» биографии зна­менитых мастеров, сохрани­лось очень мало. Тем, кто знаком с исторической шахматной литературой, изве­стны два портрета Андерсе­на, гравюра, изображающая его во время партии с Морфи, снимок матчевой встре­чи со Стейницем и несколь­ко групповых снимков. Од­нако фотографии не пере­дают динамики. Поэтому небезынтересны некоторые подробности внешнего обли­ка великого шахматиста, манеры его поведения во время игры и анализа. Тем более что в отечественной шахматной литературе «сло­весный шахматный портрет» Андерсена никогда не пуб­ликовался.

     ...Сыграв партию, Андер­сен охотно анализировал ее. Быстро передвигая фигуры, он сопровождал ходы шутливыми замечаниями. Ча­ще всего противник не по­спевал за ним, и спор о по­зиции Андерсену приходи­лось вести с самим собой. Увлеченный, он вставал и продолжал анализ стоя. Если кто-либо из зрителей отваживался предложить свой ход и он оказывался неудачным, Андерсен мог позволить себе не слишком корректное замечание. Во время игры при обдумыва­нии трудного хода губы его сжимались и уголки рта слегка дрожали. Рассчиты­вая сложные варианты, Ан­дерсен обхватывал голову руками. В спокойной или определившейся позиции од­на рука его была обычно занята сигарой, большой па­лец другой руки упирался в подбородок.

     Таким помнили великого мастера его друзья. Порт­рет Андерсена, нарисован­ный по их воспоминаниям, относится к началу 50-х годов.

     В 1858 году в Англию приехал молодой победи­тель I Всеамериканского турнира Пол Морфи, жаж­давший помериться силами с мастерами Старого света, и в первую очередь со Стаунтоном. Но Стаунтон под разными предлогами укло­нился от встречи. Разгро­мив других английских ма­стеров, американский чем­пион отправился в Париж. Там он с внушительным счетом победил Д. Гаррвица. Узнав об этом, Андер­сен выехал в Париж.

     Его матч с Морфи играл­ся до семи побед. Андерсе­ну удалось выиграть лишь две партии при двух ничь­их. В семи — победил Мор­фи. Однако весной 1859 года победитель Андерсена возвратился за океан, что­бы никогда больше не уча­ствовать ни в одном серь­езном соревновании...

     В 1859—1860 годах Ан­дерсен легко побеждает в матчах своих соотечествен­ников. В 1860—1861 годах он сражается с выдвинув­шимся в ряд сильнейших шахматистов мира уроженцом Словакии И. Колишем. Серия партий в Париже за­вершается результатом +6 -6. В следующем году в Лондоне Андерсен, выиграв решающую матчевую пар­тию, побеждает со счетом +4-3=2.

     Блестящий успех принес Андерсену II Международ­ный турнир в Лондоне, со­стоявшийся летом 1862 го­да. Немецкий мастер легко взял 1-й приз, выиграв 11 партий и проиграв лишь од­ну. В этом турнире Андер­сен впервые встретился со Стейницем.

     Молодой австрийский шахматист довольствовал­ся тогда шестым (послед­ним призовым) местом. Ан­дерсену он проиграл. Одна­ко в 1866 году Стейниц по­бедил Андерсена в матче, игравшемся до 8 побед. Состязание это было самым кровопролитным во всей шахматной истории. Ничьих не было. Поединок напоми­нал сценический бокс. Пос­ле пяти встреч счет был 1:4 в пользу Стейница. Казалось, Андерсен слом­лен. Однако после этого он нанес своему сопернику че­тыре поражения подряд и вышел вперед — 5:4. Пос­ле двенадцати встреч счет был 6 :6. И только два его поражения на финише оп­ределили итог матча — 6:8.

     Приводим фрагмент пар­тии, в которой Андерсен ус­пешно завершил атаку.

АНДЕРСЕН — СТЕЙНИЦ

(9-я партия матча)

Диаграмма 8.

26. g6!

     Бросая на произвол судь­бы свой ферзевый фланг, Андерсен обрушивается на неприятельского короля.

26...КbЗ.

     На 26...h6 к победе вело 27. f6 КbЗ 28. f7+ Kh8 29. Ф:h6+! gh 30. g7X.

27. gh+Kph8 28. Фg5! Cd8 (если 28...К:c1, то 29. f6!) 29. K:d8 К:c1.

     Ha 29...Л:d8 решал тот же «программный» удар 30. f6! Лb7 31. fg+ Ф:g7 32. Ф:d8+.

30. f6! Лс7 31. f7, и бе­лые выиграли.

     К наиболее значительным достижениям Андерсена от­носится победа в двухкруговом международном тур­нире в Баден-Бадене в 1870 году. (Вице-президентом это­го турнира был И. С. Турге­нев.) Стейниц остался на втором месте, причем Ан­дерсен нанес ему два пора­жения.

     Победа в первом Лондон­ском турнире пришла к Ан­дерсену, когда ему было за тридцать. С Морфи он сра­жался в сорок лет. Незадол­го перед турниром в Баден- Бадене немецкому мастеру исполнилось пятьдесят два. Своим соперникам он давал большую фору — годы. До конца дней этот неутоми­мый шахматный искатель продолжал сражаться — непременно с самыми силь­ными противниками, в са­мых представительных со­стязаниях.

     Время, однако, брало свое. На шахматном гори­зонте появлялись новые име­на. В 1873 году на юбилей­ном Международном турнире венского шахматного клуба Андерсен берет тре­тий приз — позади Стейни­ца и английского мастера Д. Блекберна. Ученик Ан­дерсена И. Цукерторт, в 1868 году проигравший свое­му учителю со счетом +3 -8 =1, через три года бе­рет у него реванш: +5 -2. Успешно сражается с Ан­дерсеном другой его сооте­чественник, Л. Паульсен. Все же и в 70-е годы Ан­дерсену удается завоевать несколько первых призов в крупных турнирах.

     За год до смерти, в 1878 году 60-летний Андерсен принял участие в большом международном турнире в Париже. На этот раз он был только шестым...

     Образцом комбинацион­ного искусства Андерсена может служить следующая партия.

Розанес – Андерсен

(Бреславль, 1863 г.)

Диаграмма 9.

     Последовало 11...Се5!! «Тихий» ход — вступление к комбинации. Именно он, а не последующая жертва ферзя заслуживает двух восклицательных знаков. Слона брать нельзя ввиду 20...Фb6+ с матом.

20. а4.

     Еще немного, и белые сы­грают 21. Кb5. Однако бе­лый ферзь «перегружен»: ему приходится не только защищать пешку d4, по и сторожить поле f1. Исполь­зуя идею отвлечения, Ан­дерсен объявил мат в четы­ре хода: 20...Фf1+! 21. Ф:f1 С:d4+ 22. СеЗ Л:еЗ, и мат следующим ходом.

     Шахматный почерк масте­ра, в течение 30 лет сражав­шегося с сильнейшими шах­матистами своего времени, не мог остаться неизменным. В следующей партии, отвеча­ющей лучшим традициям по­зиционной школы, нелегко узнать рыцаря «атаки с открытым забралом».

Андерсен – Л. Паульсен

(Вена, 1873 г.)

 Диаграмма 10.

1. е4 е5 2. Kf3 d6 3. d4 ed 4. Ф:d4 Кc6 5. Cb5 Cd7 6. С:с6 С:с6 7. Cg5 Kf6 8. Kc3 Ce7 9. 0—0—0.

     План Андерсена строится на солидной позиционной ос­нове. Так же продолжалась одна из партий Алехина, сыгранная в 1936 году!

9...0—0 10. Лbе1 Ле8 11. Kpb1 Cd7.

     Теперь Андерсен, кудес­ник комбинационной игры, образует в лагере против­ника... слабую пешку!  

12. С:f6 С:f6 13. е5 Се7 14. Kd5 Cf8?

     Плохо 14...de ввиду 15. К:е7+ Л:е7 16. Л:е5! (не 16. К:е5 из-за 16...Фе8!) и слон d7 обречен. Однако правильно было 14...Сс6.

15. ed cd (15...С:d6? 16 К:c7) 16. Л:е8 С:е8.

     Дальнейшая часть пар­тии — хороший учебный при­мер на тему: «изолированная пешка на открытой линии».

17. Kd2 Сс6 18. Ке4 f5 19. КесЗ Фd7 20. аЗ Фf7 21. h3 а6 22. g4 Ле8 23. f4 Ле6 24. g5 b5 25. h4 Ле8 26. ФdЗ Лb8 27. h5 а5 28. b4 ab 29. ab Ф:h5 (упорнее 29...Cd7) 30. Ф:f5 Фf7 31. ФdЗ Cd7 32. Ке4 Фf5.

     Угрожало 33. Лh1, затем Kf6+; нельзя 32...Cf5 ввиду 33. Kef6+.

33. Лh1 Ле8.

     Черным кажется, что шах на f6 им удалось предотвратить…

     В своей многографии об Андерсене немецкий шахматный историк Л. Бахман привёл лишь финал этой партии, видимо, считая, что остальное в ней не представляет интереса. Между тем завершающая комбинация заслуживает внимания именно в связи с предыдущей игрой. Вся партия с полным правом может быть отнесена к лучшим достижениям Андерсена в последнем, наиболее зрелом периоде его творчества.

34. Kef6+ gf 35. K:f6+ Kpf7 36. Л:h7+ Сg7 (если 36…Kpg6, то 37. Фf3) 37. Л:g7+ Kp:g7 38. K:e8+ Kpf8 39. Ф:f5+ C:f5 40. K:d6,  и белые реализовали перевес. Партия шахматного романтика – прекрасная иллюстрация… классического позиционного стиля!

      «Это был величайший мастер… Его блестящий стиль, красота комбинаций и глубина мысли были замечательны…» - писал об Андерсене его победитель Вильгельм Стейниц.

Реклама